/Join #TPACCA

Оригинал данной статьи взят из web версии журнала Огонек. Текст и верстка сохранены.

ЕХАЛИ МЫ С МАКСОМ АВТОСТОПОМ...

Шесть уроков у ╚поколения фанты╩

Они живут рядом с нами. Послушные и строптивые. В меру ленивые и без меры увлекающиеся. Растут. И вдруг мы, родители, замечаем,что не понимаем их языка, манер, привычек...

Они не такие, как мы, иные

Тима: Хочется посмотреть то, чего не видел. И выбираешь места, в которые толком не знаешь, как добраться, не знаешь, что тебя там ждет, на что будешь там жить и как оттуда выберешься. Там ты не под крылом папы и мамы, ты один и сам отвечаешь за себя. Этим летом я ездил в Крым. Хотелось проехать все побережье, но, поскольку у меня хронопская душа (Хроноп -- ╚зеленое и влажное╩ существо, придуманное писателем Х. Картасаром: когда хроноп отправляется в путешествие, непременно льет дождь, поезда идут не в ту сторону, такси не берут... -- Ред.), не удалось. Зато познакомился с замечательными людьми.

Ольга: Мать, конечно, догадывается, что я езжу стопом (стоп, автостоп -- способ бесплатного путешествия на попутном автотранспорте. -- Ред.), когда находит утром записку: ╚Мама, я уехала в Москву╩. Я ей звоню с дороги, говорю, где я, что со мной и что она -- лучшая мама на свете. Денег на эти поездки она, естественно, не дает. Я вообще с 7-го класса зарабатываю... Сейчас собираюсь ехать в Крым, денег беру в обрез.

Лешка: Стопят не только из-за того, что денег нет. Стоп -- это вообще прикольно (классно, здорово. -- Ред.).

Сид: Но что мне не нравится -- это лиги автостопа...

Лешка: Все равно что образовать лигу бомжей...

Сид: ...с желтыми комбинезонами, с соревнованиями -- кто больше наездит...

Лешка: ...кого больше убьют.

Ольга: Когда поднимаешь руку -- главное, преодолеть эмоциональный барьер. Страшно. Бог знает, что случиться может.


Они знают скандальную историю с чемпионатом хич-хайкеров (путешественников автостопом. -- Ред.), когда на пути между Питером и Москвой один из парней погиб на шоссе под Новгородом. Он еще числился пропавшим, его искали, а местные власти уже похоронили очарованного странника вдали от дома. Но кто не рискует -- тот не пьет пиво под волосатыми пальмами юга.

Они -- Тима Худяков (историк по образованию, гитарист, положительный товарищ), Лешка Воробьев (студент психолого-педагогического факультета, вокалист известной в Новгороде группы ╚Штаб-квартира╩ и панк-философ), Сид, он же Лешка Сидоренко (человек работающий, вокалист другой новгородской группы ╚Вау╩, авантюрист-добряк, влюбленный в ╚Анну Каренину╩ -- в корабль, на котором добирался до Германии), Ольга Петрова (еще студентка университета, уже руководитель изостудии).

Ольга: Помогает чутье. Смотришь человеку в глаза и понимаешь, чего он от тебя ждет. Я работала страховым агентом, научилась разбираться... Думаю, парням тяжелее: их боятся. А ты в прикиде (одежде. -- Ред.) путника, одна, бедная и несчастная... Больше 15 минут я никогда не стопила, отлавливается одна из первых же трех машин.

Сид: Если видят, что человек безобидный, -- берут.

Лешка: Ага, если на ходу успеют глаза рассмотреть...


Спутники

Как вспоминают ветераны автостопа, труднее всего приходилось в пору непримиримой борьбы с нетрудовыми доходами, когда шоферу приходилось доказывать гаишникам из пригородных засад, что он подвез тебя по доброте сердечной, а не использовал казенный транспорт в целях личного обогащения. Теперь же -- был бы за рулем человек хороший...

Ольга: Хорошие -- они полненькие, с животиком, добродушные... Такой дядька меня на хлебном фургоне подвозил. Я ему сувенир -- новгородский колокольчик -- подарила. К концу поездки он мне признался, что уже полюбил Новгород и обязательно туда приедет.

Лешка: Раз с мужиком разговорились, я ему поставил нашу кассету. Он мужик-то правильный, у него сын -- мой ровесник, а там в нескольких местах -- ругательства. И я каждый раз, как дойдет до ╚опасного╩ места, вопрос задавал. Такой напряг... А как-то от Москвы до Нижнего ехал с военным. Он меня все допрашивал: а почему у тебя серьга в ухе? а сколько тебе лет? а как тебя мама отпустила? Выхожу из машины, говорю, как с ним было здорово общаться, а сам думаю: ╚Ну и запарил (утомил. -- Ред.) ты меня...╩


Самый стрем (опасность. -- Ред.), когда садишься вечером к водителю, а у того глаза остекленевшие, как у зомби.И гадаешь: уснул он уже или нет?

Ольга: Дальнобойщик был из Прибалтики, не спал несколько суток и подобрал меня, наверно, чтобы кто-то порулил за него хоть немного. Я чуть не поседела за полтора часа, пока, вцепившись в руль, вела эту дуру с прицепом. Обошлось.


Привалы

Ольга: Благодаря стопу у меня много знакомых появилось, во многих городах есть вписка (место, где путник может приклонить усталую голову. -- Ред.).

Тима: Вписки в Крыму я заранее не имел. Просто везло. Шел по Ялте с гитарой, а он сидит и продает классные бамбуковые флейты. Познакомились -- и я вписался у йогов, они живут в горах возле Верхней Ореанды. Идешь по ночному серпантину, тебя втаскивают в гору, где голые люди с закатившимися глазами, медитируют... Спишь, как и они, на земле...


Иномарки: иные миры

Сид: Я иномарки не стоплю. Но один раз ошибся: солнце в глаза слепило. Выходит из машины мужик с цепью на шее: ╚Садись╩. Едем молча, я дрожу. Приехали. Лепечу: ╚Я вам что-нибудь должен?╩ Говорит: ╚Иди╩. Два слова за всю дорогу.


Деньги

Сид: Как-то южные люди подошли, сунули в карман джинсов пачку денег: играй. Начал настраивать гитару -- струна порвалась. Думаю -- все... Да тут какие-то подъехали, началась разборка, я и сбежал. Одно обидно -- джинсы покупал подержанные, в секонд-хэнде (магазин поношенной одежды. -- Ред.), и в кармане дыра оказалась...

Тима: Я в Крыму на гитаре играл, но не ради заработка. Там свои законы. Подошли и сказали: нужна регистрация и плата за место. Я, правда, не понял, кому платить: государству или им, ментам.


Тонкости географии

Сид: Здесь у меня с милицией проблем нет, а немецкая полиция несколько раз обшмонала на предмет наркотиков. Лицо, наверное, у меня такое... Кстати, в Германии палец тянуть не приходится. Нужна табличка: крупными буквами -- название города. И стоять надо не на трассе: скорости очень большие, машины не останавливаются, -- а на выездах, у заправок. Торчишь с табличкой, как в зоопарке. Нет, в нашем стопе есть динамика: хоть рукой машешь.

Сид: В Германии единственный раз слышал намек на плату. Оказалось -- румынский эмигрант. А вообще немцы тоже стопщиков побаиваются. И есть специальная служба, которая контактирует и с водителями и со стопщиками. Если пользуешься ее услугами -- без приключений едешь до заранее условленного пункта и платишь только за бензин.

Лешка: Да ну... Лучше и за бензин не платить, и доехать с приключениями.

Катя КЛЮЙКОВА,
Сергей БРУТМАН